Евангелие от А…
или
Краткая история cборной российской прессы

Как Бог создал Землю за 7 дней, так и сотворение сборной журналистов заняло примерно столько же. То есть все происходило стремительно! Шел 2001 год. Началось все со случайной встречи… Спортивный комментатор Евгений Кузнецов встретил в коридорах Останкина политического комментатора Антона Верницкого. До этого они друг друга почти не знали. Но. Накануне в эфире новостей Первого канала прошел сюжет о ночной жизни Москвы. Казалось бы, сюжет мог ограничиться рассказом о бл…х , казино и ночных клубах, но Верницкий, как автор сюжета, сдуру поведал о том, что по ночам люди в столице еще и играют в хоккей. И показал тренировку команды, с которой бегал в те времена два раза в неделю с 2 до 4 утра!!! Кузнецов увиденному по ТВ очень обрадовался и сказал, что сам пытается собрать команду. Мол, в Федерации хоккея готовы сыграть с журналистами на матче Звезд. В Ярославле. Ярославль есть. Функционеры от хоккея тоже есть. Журналистов на коньках пока нет! Список кандидатов, потом многократно менявшийся — выяснилось, что не все люди, пишущие о хоккее могут в него играть — был составлен тут же. На коленке. Через три дня состоялась первая тренировка. В ЛСД ЦСКА. Сначала поразил всех Дмитрий Федоров, позже ставший хоккейным комментатором «Матч-ТВ». Но тогда он еще мало походил на себя нынешнего, не стремился отращивать никаких бород на лице и, уж тем более, бороду а-ля Карл Маркс к финалу Кубка Гагарина 2015 года. Дима был гибок и улыбчив. В раздевалке он первым делом лег на массажный стол и стал разогревать себя странными движениями. «Профессионал» — подумали все, впервые собравшиеся вместе, журналисты-хоккеисты… Выйдя на лед, Дима первым делом… упал. Но к поездке в Ярославль был признан годным. Через неделю команда полетела на Матч всех Звезд…

Формально рождение хоккейной «Журбанды» произошло 15 декабря 2001 года. Эта дата вписана в историю огромными буквами. Как и до сих пор стоящая перед глазами первая драка на льду. Между тем же Федоровым и Игорем Тузиком — вице-президентом Федерации хоккея России. И первая заметка о команде в прессе, написанная участником Матча Алексеем Лапутиным.

По возвращении в Москву был придуман PR-ход по раскрутке команды. Нужна была игра со звездой. Звездой выбрали президента Белоруссии. Верницкий написал письмо в его администрацию, которая ответила очень быстро. Через три дня в 7! утра у Антона в квартире раздался звонок: «С Вами будет говорить Александр Григорьевич!». Кто знает, состоялся бы исторический матч с Лукашенко, если бы Верницкий не думал во время разговора, что это розыгрыш. Отсюда и фривольное общение, и первый в истории нашей команды райдер, выдвинутый принимающей стороне и озвученный лично в ухо Лукашенко: «Оплата проживания, утренняя тренировка, полный стадион зрителей, банкет, подарки и экскурсия по городу». Теперь-то этот райдер звучал бы иначе. В него обязательно был бы добавлен пункт о посещении театра. Но тогда мы были проще. Лукашенко согласился на все. А Верницкий после того, как Президент положил трубку, вспомнил, что забыл попросить денег на проезд. Короче… Билеты на поезд оказались страшной загвоздкой. Кое-кто из команды, не сумев найти денег, в лучших традициях, пообещал отдать попозже и забыл навсегда… Часть билетов выкупал Верницкий за свои. Но самое обидное, что сам поехать не смог. Срочная командировка с СамиЗнаетеКем на Байкал. Но это другая история…

Перед этим была эпопея с формой. Первый комплект заказывался в «Национальном Хоккейном Магазине». Убедить доверчивого тогда директора магазина в том, что о его бизнесе узнают в Белоруссии, оказалось легко. Правда, сотрудничество быстро свернулось. После первой же поездки команды в новой форме, стало ясно, что никакие рекламные надписи на спинах журналистов-хоккеистов известности и популярности брендам не прибавляют. Впрочем, от того, первого рекламного контракта «Журбанды» остался логотип, продержавшийся 14 лет, и 15-процентная скидочная карта магазина.

После общения с Лукашенко предложения посыпались одно за другим. Команда решила выходить за рамки российско-белорусского Союза и отправиться в Прибалтику. Поехать на игру с женской сборной Латвии в Ригу очень хотелось! Но рижские девушки были прижимистыми и платить за нас, как это делал А.Г.Лукашенко не могли. И тут, ПА-БАМ!!, в команду впервые вливается Сергей Весельчаков. Тогда в качестве спонсора поездки.

Мало кто знает, что гордый и гениальный псевдоним Сергея, придуманный им же самим в Уфе – Морпех, тогда был иным. Его звали (правда за глаза) «Банкир», «Ушаков» и, откроем тайну, как это делает до сих пор Евгений Кузнецов — «Зеленый городок». В те годы Сергей еще на сотрудничал с журналом «Хоккей в Городе» , а продвигал на рынок «Зеленый городок» — новую торговую марку овощных консервов. Рекламное место на спинах хоккеистов-журналистов какое-то время даже предназначалось этому продукту. Исключительно стараниям Весельчакова, привлеченного в команду в виде потенциального денежного мешка, мы смогли поехать в Ригу. Какая это была поездка!!! Правда, начало лихих двухтысячных отложило на нее свой отпечаток. В спонсорском пакете обязательным пунктом значился игрок по фамилии Хардиков. Кто это — никто из команды не знал. Но дядька был на вид солидный. Юрий Хардиков даже вышел на площадку. И даже, в отличие от Димы Федорова, сразу не упал. Как выяснилось, был он префектом Северного округа Москвы. Но самое неприятное. Он был в розыске. И бежал, словно Керенский, прикрываясь нами, как женским платьем, от правоохранительных органов… Его до сих пор ищет Интерпол. (Это серьезно!) Но мы все, вся команда, честно не знали, что же он вывозил в своем бауле через границу, говоря нам о любви к хоккею. Были ли еще у нас подобные «хардиковы»? Уверенности в этом нет. Сквозь команду в те годы прошли десятки человек. Иногда из не совсем хоккейных и совсем не журналистских кругов.

Команда наша, она как страна. В ней было всё. И плохое, и хорошее. Хорошее вспоминать хочется чаще. Были времена, когда лучший хоккейный фотограф страны Владимир Беззубов играл у нас в защите, как играет сейчас ходивший тогда еще под стол пешком его сын Алексей Беззубов. Теперь тоже фотограф. Правда, папа все наши похождения в турах по стране пытался запечатлеть на фотопленку. А вот Алексей же периодически предпочитает хоккею и работе отдых с крепким сном или пение своей любимой композиции «Фла-Фла-Фла».

А какие судьбы у некоторых членов команды! Играл у нас Коля Соловкин — сначала зам. главного редактора исторического журнала «Родина», ездивший на тренировки на черной проржавевшей «Волге», а затем… Бац! Внимание! Ставший сотрудником ГИБДД, пересевшим на не менее черный, но новенький Паджеро.
Играл у нас Серега Егоров — лидер по травмам, журналист многочисленных и разнокалиберных телеканалов, сломавший за эти годы на тренировках поочередно все конечности и, в конце концов, работавший на Паралимпиаде в Сочи судьей-информатором.

Выходил на лед вместе с нами Владимир Писаревский, о хоккее знавший все со времен Суперсерии-72. Причем, вместо традиционного повешения на гвоздь коньков после завершения карьеры он решил повесить свою «ракушку». Еле уговорили его передать эту часть экипировки в создаваемый при команде Музей Славы.

У нас была даже попытка поставить на коньки самого Севу Кукушкина, одного из ярчайших спортивных журналистов страны. Работавшего еще на Олимпиаде… 1968 года!!! Видимо, под впечатлением от встреч с нами и от неформального лозунга нашей команды «Х… Свисток. Скрипка» одну из своих книг назвавшего: «Декабрь. Москва. Хоккей».
Все это рассказ о первом пришествии команды «Российская пресса» в этот мир. Потом на несколько лет случилось забвение… Но, или, как иногда говорят у нас сейчас в команде: «But!», страница истории перевернулась…

Глава «Журбанда. Реинкарнация» дописывается в наши дни.

Антон Верницкий